Истории Арсеньева и Дерсу Узала издали на французском языке

13.12.2021

Библиотека Общества изучения Амурского края получила новое французское издание "Дерсу Узала". Переводчик начал свое предисловие так: "Рассказ, который мы собираемся предложить читателям - это изложение о жизни первобытного леса, предупреждение о его исчезновении в виде мизансцен из дневника исследователя, посвященном подлинному духу леса охотнику-анимисту Дерсу Узала".

По разным причинам во Франции напечатано не так много книг о нашем регионе. О Владивостоке издал книгу Жозеф Кессель, напечатанный в 2012 г. издательством "Рубеж" под названием "Смутные времена. Владивосток, 1918 – 1919 гг.". Современный писатель-путешественник Седрик Гра издал книгу "Владивосток, снега и муссоны" (2011). Совсем недавно вышла в свет произведение молодой франкоязычной писательницы наполовину корейского происхождения Элизы Шуа Дюсапэн "Vladivostok Circus" (2020).

Переводчик рассказывает, как путевые заметки 1906–1907 годов, оформленные в традиционном стиле научных исследований с дневниковыми записями фактов, событий, географические наблюдений превращаются в повествование. Арсеньев балансирует между жанром отчета об экспедиции и жанром приключенческого рассказа, не совсем уверенный, стоит ли отдавать голос науке или душе. Верно, что никакие свидетельства не отражают такую нерешительность, которая возникает из-за глубокой привязанности писателя к героической личности Дерсу Узала (нанаец). История превращается в любовный роман.

В глазах рассказчика, которого можно спутать с Арсеньевым, Дерсу олицетворяет древнюю науку о лесе. Он просвещает капитана, учит его "читать природу в первоисточнике", употребляя красивое русское выражение. Он обучает его искусству выживания, священному долгу гостеприимства, уважению к тайге, ее этике и табу, практике того, что мы сегодня назвали бы рациональной охотой, популярной метеорологией, медициной, философией предков, анимисткой философией, историей и мифами о тайге. Во многих случаях это спасает жизнь рассказчику. В известном смысле Арсеньев преувеличивает роль Дерсу.

Переводчик Готье отмечает, что арсеньевский язык сохраняет естественную простоту выражения дневника; исключает громоздкие фразы, излишеств, лексику, желание понравиться, потому что автор говорит с нами как с самим собой; от мысли к приговору проходит кратчайший путь; он обладает богатством и точностью словаря естествоиспытателей; уважает колорит персонажей - казак, охотник, туземец, старообрядец; он ничего не оставляет без своего точного названия - ни дерева, ни птицы, ни ветки, ни камня, потому что исследование - это знание того, как назвать то, что вы видите; он подчиняется установленным правилам письменного повествования, но по своему ритму и принципиальной трезвости почти не отклоняется от устного повествования.

Ив справедливо пишет, "что бесчисленные исследователи творчества Владимира Арсеньева проследили его маршруты, но многие места, реки и долины сейчас отсутствуют. Природа находится в постоянной борьбе. Грозы обрушивают горы, смещают или даже обращают вспять потоки. Большие реки меняют русло. Леса горят и снова растут или перестают расти. Читать Арсеньева, это значить становится свидетелем событийного, часто трагического, редко пасторального театра войны природных стихий в контексте, когда отрицательный герой выходит на сцену, чтобы ниспровергнуть все, включая цивилизованного человека. Последний изгонит Дерсу со своей земли, который отчаивается, грустно куря трубку. Опять же, эта книга - призыв к Дерсу. Словом, великий роман Владимира Арсеньева истекает тысячей порезов. Именно для их восстановления мы представляем здесь, спустя сто лет после первой публикации, полностью реабилитированную версию."

Также переводчик кратко описывает трагическую жизнь жены путешественника Маргариты и его дочери Наташи – "упоминая о них, в горле стоит комок" два имени нельзя написать, не перебив горло. … Маргарита сопротивляется как львица и, что крайне редко, но не признается. … Наташа умерла в 50 лет, озлобленная, в синяках, несчастная - какая несправедливая судьба".

В заключении предисловия Ив Готье выразил свое мнение о современном состоянии природы, который описал Арсеньев: "Эти горящие леса и эта фауна, которая погибает по вине людей, которые ее презирают, это уникальные народы, которые мы бережно культивируем, эти старые знания, которые мы презираем, эта планета, которая повреждена ... Это Дерсу, это мы".

Работая над своим переводом, И. Готье обратился в Общество изучения Амурского края с просьбой помочь с иллюстрациями. Теперь они украшают вышедшую книгу. 

Справочная информация о переводчике Ив Готье. По образованию филолог, с 1984 по 1991 годы работал переводчиком в московском издательстве "Прогресс". С 1991 по 2020 гг. он перевел около 40 книг для разных французских издательств. Для себя важным Готье считает переводы книг о Сибири и Дальнем Востоке (Ю. Рытхэу, О. Ермаков и В. Песков). Ив не ограничивает себя только переводческой деятельностью, он автор более десяти книг о России: Очерк о Гагарине (1998), дважды изданное "Открытие Сибири" (в соавторстве с Антонио Гарсия), повесть "Арктический кентавр" (2001, 2020), роман "Москва, спасённая из вод" (2007), очерк "Владимир Высоцкий, крик в русском небе" (2014, русское изд. 2016), роман "Вспоминайте хоть изредка о Вашем замерзающем", (2016, русское изд. 2017). Есть и очерк о зодчестве "Санкт-Петербург" (2003).